деприватизация и регуманизация (halfaman) wrote,
деприватизация и регуманизация
halfaman

книжка о группе "война"

Оригинал взят у mariamokeeva в книжка о группе "война"
Демо-версия «Войны»
Вышла книга о скандальной арт-группе

Прошедшая 23 марта презентация книги «Тотальная «Война» Алека Эпштейна напоминала инсценировку ее эпизодов. Герои книги высказывались о работе своего летописца, некоторые почти дословно повторяли слова своих прототипов, словно играя роль самих себя в пьесе non-fiction; и нервная полемичность, столь присущая проекту «Война», иногда колебала воздух.



– Ну, судя по фейсбуку, придет человек тридцать-сорок, – говорит сотрудник «Гилеи» в телефон, перетаскивая книги. За освободившимися столами через полтора часа будут сидеть представители группы «Война» и автор недавно вышедшей о них книги Алек Эпштейн. Несмотря на дружбу между ними, тут не будут звенеть лицемерные комплименты, ведь все собравшиеся давно взлелеяли в своих умах идею протеста и нынче вкладывают ее в каждый осознанный жест.
Монолог Эпштейна, открывший вечер, был полон риторических вопросов вроде «насколько я могу заниматься демифологизацией этого явления», «для чего я это делаю» и пространных на них ответов. Потом его труд комментировали Петр Верзилов, Олег Васильев, Антон Николаев (активисты «Войны»), Георгий Еремин (издатель) и Вячеслав Данилов (главный редактор liberty.ru), и обсуждение книги вскорости переросло в обмен новостями о ситуации с Pussy Riot (все задержанные девушки участвовали в акциях «Войны», а Надежда Толоконникова вовсе является одной из основателей движения).
– Людям, которые хотят углубиться в постельное белье «Войны», нужно внимательно изучать эту книгу. В подачи акций все всегда было на поверхности, все всегда активно пропагандировалось и продвигалось, а вот Алек решил, что главное - человеческие отношения между фигурантами книги… Надо сказать, что главная деструктивная работа, которую провел Алек, заключается в том, что он пытался развенчать какие-то существующие мифологии, на мой взгляд являющиеся более важными, чем биографический материал, приведенный в данной книге. Например, согласно этому биографическому материалу, Маша (Алехина, - М.М.) не являлась участницей «Войны», в то время как она участвовала в подготовке нескольких акций… – тут Петр Верзилов сообщил о публикации письма, которая Мария Алехина написала в СИЗО и передала через адвоката, и зачитал его. Послание заканчивалось фразой «Хуже наверное действительно не будет».
Верзилов говорил, что видел только фрагменты книги. Вероятно, поэтому его суждение получилось несколько однобоким: да, в «Тотальной «Войне» есть глава, посвященная «постельному белью», то есть ссорам и примирениям участников, некоторым бытовым подробностям их жизни, но дальше речь идет о самих акциях и о том, какой отклик они получали в медиа сфере. Да и сложно было бы рассказать о пятилетней истории группы, среди событий которой есть раскол на московскую и питерскую фракции из-за разногласий активистов. Тем более что автор – социолог, и, конечно, его интересуют характеры людей, которым «удалось пробить стеклянный потолок узкого сообщества интересующихся актуальным искусством». Интересно и то, насколько вообще акции группы «Война» являются искусством, а если являются, то кто их вдохновлял, чью линию они продолжают? Когда такой вопрос задали на презентации Петру Верзилову, он долго не мог ответить, а потом неуверенно сказал про акции нацболов. Кстати, в самой книге ответы на эти вопросы появляются, и достаточно убедительные.
Несмотря на то, что Алек Эпштейн – человек, поддерживающий арт-группу, при чтении его книги достаточно удобно отодвигать авторское мнение и формировать свое, так как в «Тотальной «Войне» представлено много документов и фактов – тексты писем, статей, фотографий, записей из блогов, воспоминания участников. И хотя сложные отношения между «военными» превращают книгу местами в реалити-шоу, это делает проект интересным для более широкой аудитории, чем кружок радикальной молодежи. Не потому, что хочется «хлеба и зрелищ», пожара лондонского моста, а потому что по возможности непредвзятый текст ученого превращается в психологическую прозу с героями из Достоевского. Разница лишь в том, что они – реальные люди, и, убивая старуху-процентщицу, снимут это на камеру и выложат в Интернет.
Одним из последних говорил Вячеслав Данилов:
– Я не доволен этой книгой прежде всего потому, что она не стала частью «Войны», она не стала частью той идеологии. Она стала, возможно, последним провальным проектом группы «Война», которую «Война» не смогла выносить. Это последний нерожденный ребенок, жертва аборта, убившая, собственно, «Войну». Алек зафиксировал тот факт, что «Война» была не более чем фактом правления господина Медведева в этой стране. Это вообще по большому счету единственное, что медведевское правление произвело креативного, прекрасного. Медведев пришел, вместе с Медведевым пришла Война, Медведев ушел, «Война» закончилась.
Когда с книгой разобрались, слово взял художник Денис Мустафин и проанонсировал автопробег в поддержку Pussy Riot. «Хочется одеть маску и перестать заниматься искусством», – сказал он, но потом признался, что желание это не самое лучшее.

Мария Мокеева, "Свободный доступ"
Tags: pussy riot, Акции "Бомбил", Алек Эпштейн, Арт-группа "Бомбилы", Арт-группа "Война", Профсоюз Уличного Искусства
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments