Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

В издательстве "Умляут" готовится книжка поэта Михаила Кедреновского с рисунками Виктории Ломаско


Михаил Кедреновский: несостоятельный и интенсивный

Легко восстановить дату, когда я понял, что Кедреновский крут - осталась запись в моем блоге. Это произошло 4 мая 2009 года, когда ехал в метро, и читал стихотворения, распечатанные на затоптанных оборотках. Тогда я понял, что Мишка и есть тот самый несостоятельный художник о котором писал Бренер в «Хламидиозе». Хорошую он тогда телегу задвинул - несостоятельность как актуальная форма гениальности. Причем предварил это описанием того как заразился хламидиозом от какой-то неприятной мажорки. Мало кто тогда понял Бренера.

Мишку к тому времени знал изрядно, два года, если не больше и никогда о его несостоятельности не задумывался. Он был из молодняка с философского факультета МГУ, который Петька «Хуеплет» Верзилов таскал в студию на Свободе. Туда меня по доброте душевной запустил Олег Кулик. И всех тогдашних приятелей заодно. Это был трехсотметровый подвал с телевизором, горячей водой, десятком спальных мест и запирающейся дверью, где жили и тусовались. Учился Кедреновский на одном курсе с Надей Толоконниковой из Pussy Riot за которой даже немного ухлестывал. Как, впрочем, почти все тогда.


Collapse )

Надя Толоконникова в 2008 году

«Может ли беременная женщина изменять своим взглядам?»: Интервью с участницей акции в музее
Надежда Толоконникова - участница акции "Ебись за наследника медвежонка!", которую провела арт-группы "Война" в Биологическом музее им. А.К. Тимирязева 29 февраля (пост от 1 марта). Надя родила здоровую дочь 4 марта, через 4 дня после акции и на следующий день после задержания ее ОМОНом на "Марше несогласных", где она держала транспорант "Я ебу медвежонка!". Дочь назвала Герой, по имени древнегреческой богини.



Плуцер: Сколько тебе лет?

Толоконникова: 18.

Плуцер: Ты родила спустя четыре дня после акции «Ебись за наследника медвежонка». Ты родила как положено – через 9 месяцев?

Толоконникова: Да. Я думала, что с моим активным образом жизни все может раньше произойти. Как оказалось, нет. У меня даже была передержка в несколько дней, поэтому врач советовал стимулировать роды занятием любовью.

Collapse )

Православие в России приобрело уродливые формы

Скандал вокруг Боголюбского женского монастыря во Владимирской области второй год подряд разгорался по одному и тому же сценарию. Сбежавшие из православного приюта несовершеннолетние воспитанницы рассказывают, как монастырские матушки-воспитательницы за малейшую провинность жестоко стегали их ремнем, сажали в карцер (по-церковному – в затвор), морили голодом, лишали сна, заставляли бить многочисленные земные поклоны.



Материалы, касающиеся жестокого обращения с детьми, выделяют в отдельное производство и направляют в ОВД Суздальского района.

Следственный комитет при Прокуратуре РФ по Владимирской области дважды проводит в монастыре доследственную проверку и по ее результатам отказывается возбуждать уголовное дело о незаконном лишении свободы воспитанниц монастыря.

Вердикт один: "отсутствие события преступления". Предъявлять обвинения некому. И это несмотря на многочисленные показания потерпевших. Почему так происходит – попытался разобраться спецкор "МК".

Collapse )

Интервью для Жира

Эля Кульчицкая: Доброе утро, Антон.

Антон Николаев: Да, доброе утро.

Э: Я хотела бы начать разговор с вопроса о том, как для Вас все это началось и что побудило заняться активистским искусством?

А: Этому предшествовали два события. Первое. Я был политическим журналистом, редактором отдела «Общество» на «Полит.Ру» до 2005 г. И там была какая-то инерция, связанная с самим характером освещения политической жизни, сложившейся за то время, пока парламент был нормальным. Ну, то, что происходило в обсуждении законов, политические события были значимыми. А после того, как это дело схлопнулось, после того, как не пустили Яблоко с СПС и телевидение прижали, неожиданно из рук выпал инструмент влияния общества на политику, и работа политического журналиста стала ненужной. А второе – то, что я заинтересовался тем, что происходит в искусстве. Я, на самом деле, в начале 90-х там тусил, я был активистом у Толи Осмоловского. Я стал ходить по выставкам, была первая биеннале, и я с удивлением увидел, что никому не хочется заниматься искусством, не связанным с институцией, не связанным с коммерцией, и такая огромная лакуна пустая. И как-то из этого все само собой и получилось. Я нашел ребят, которые помогали на выставках и работали в Музее кино – вы их всех знаете, это группа «Война». И мы стали как-то думать, т.е. мы ходили по митингам каким-то. У меня было творчество такое странное, мы с Сашей Супергероем стали бомбить: ездили на его машине, на мобильной шестерке, и занимались странными опросами людей, т.е. какие-то люди садились к нам в машину, мы снимали их на видео, по этому поводу рефлексировали, а «Война» тогда делали перформансы на выставках. И тут вдруг как щелкнуло. Все началось с того, что в апреле мы придумали акцию «Автопробег несогласных» – и она вдруг получилась, т.е. у нас была там куча телевидения, куча радио, и это было такое высказывание по поводу того, что творится в стране в политическом смысле. Т.е. мы как бы нащупали политическое в современном искусстве. И ребята, журналисты с Пятого канала, захотели снять про нас десятиминутный сюжет. И я предложил «Войне» за эти две недели, пока они едут (а они сказали, что приедут через две недели), сделать просто политическое искусство целиком и я их подбил на акцию в «Макдональдсе», и сами они еще сделали пару акций. И удалось сделать такой сюжет про политическое искусство. И это было очень здорово и легко делать, поскольку просто какие-то горизонты раскрылись. В общем, с этого все и началось. Тогда «Война» поняла, что надо заниматься этим, и мы еще этим занимались.



Collapse )

Флакон отъюзал нас как проституток

ХУДОЖНИК АНТОН НИКОЛАЕВ: ОНИ ЮЗАЮТ НАС, КАК ПРОСТИТУТОК!

Сегодня, в 00:33ОБНОВЛЕНО Сегодня, в 01:35
обсудить 1429 просмотров подписаться
Художник Антон Николаев: Они юзают нас, как проституток!

Художник Антон Николаев о руководстве дизайн-завода Flacon, отменившем выставку «Свобода выборов».

Монгайт: Вас не смущает, что большей частью общества, которая менее подготовлена, чем какой-то узкий круг, вас принимают в первую очередь как клоунов?

Николаев: Я не вижу в этом ничего страшного совершенно, потому что деятельность таких одиночек должна быть провокативной. Можно сказать, что талантливый провокатор, можно сказать, что плохой клоун – это вопрос риторики, инвективы. Главное, что мы делаем свое дело, и вроде бы от этого есть какой-то толк.

Монгайт: А толк в чем выражается? В том, что, например, вам не дали организовать выставку на «Флаконе»? Это значит, что вас испугались, побоялись вашего высказывания? Где тут толк?

Николаев: О «Флаконе» у меня другое мнение, видение всего этого дела. Я просто не буду называть никаких имен, потому что там какая-то ризома людей в этом заинтересованных. Ну девочка, хорошая девочка, из тех, что обязательно пришла бы на Болотную. Приходит мысль сделать такую выставку, она предлагает кураторам сделать эту выставку, уже почти делает, потом поступает сигнал от дирекции «Флакона», что выставки быть не должно. На этом все заканчивается. Журналисты пытаются узнать, что же там происходило, им грубо отвечают – идите нафиг. Они говорят: «А вы не боитесь, что это скажется на вашей репутации?». Они говорят: «Нам это не страшно».

Что на самом деле эта ситуация значит? Что такое «Флакон», что такое «Винзавод», что такое «Красный октябрь»?

Монгайт: Сейчас будет страшное разоблачение: что такое «Красный октябрь»? Кровавый октябрь.

Николаев: Это такие проекты джентрификации. На самом деле ни для кого не секрет, что земля в Москве не может быть ни в чьей собственности, это владения…

Монгайт: Я понимаю, что вы имеете в виду. Это очень смешно. Каждый раз, когда мы зовем молодых людей из современного искусства, они всегда начинают разоблачать «Красный октябрь».

Николаев: «Красный октябрь» - бог с ним. Речь идет о «Флаконе». Я просто хочу объяснить, что произошло и почему мы недовольны этой ситуацией как типичной.

Монгайт: Инвесторам не хочется с вами ассоциироваться?

Николаев: Я просто объясняю, что происходит. Инвестор – у него есть конкурент, другой инвестор, который был бы не против занять эту территорию. Для того, чтобы закрепить эту территорию за собой, лет на 5-10 всю эту художественную братию запускает на свою территорию пожить. И поэтому должен относиться к художникам не как к какой-то мелочи пузатой, а партнерам. То как инвестор повел себя в данном случае - это  хамство великодержавное по отношению к тем людям, которые прикрывают его задницу, чтобы его другой инвестор не отжучил, это просто мерзкое хамство. Когда у нас была такая ситуация на «Винзаводе»…

Монгайт: У вас тоже была такая ситуация, вашу выставку закрывали?

Николаев: Да, нам не дали выставку социального репортажа провести.

Монгайт: Почему, как вы думаете?

Николаев: По той же причине. КГБ не дремлет, посылает сигналы людям.

Монгайт: А вы пробовали шапочку из фольги?

Альберт: Вы знаете, я думаю, что Антон прав в каком-то смысле, потому что…

Монгайт: То есть все-таки по звонку все происходит?

Николаев: Я сейчас говорю просто про фактуру. В случае с «Винзаводом» люди очень вежливые, извинялись, говорили, что… мы понимали их. А когда идет такое хамство, они просто юзают нас, как проституток. Мне кажется, что с такими ситуациями типа «Флакона» нужно бороться. «Винзаводу» прощать, потому что они извинялись, у них свои проблемы, они нас понимают, они нас не держат за каких-то рабов. А «Флакон» показал, что вы просто… телке дали 500 долларов, а она этих лохов пускай разводит. Надоели – пинком под задницу. Нет, мы не забудем, не простим, мы помним эту историю про «Флакон». Когда-нибудь про нее, может быть, даже напишем.

Монгайт: Не забудем, не простим.

Николаев: А что нам делать в данной ситуации? Реально художников унизили. Это нехорошо. 

Ведущий: Анна Монгайт


Осколки 2007 года: "Московский инфантилизм", "Храм-2" и другое

Проекты "Профсоюза Уличного Искусства", которые навсегда остались в компьютере который проебал "Супергерой". Я всегда мечтал, что когда-нибудь останусь один, что-нибудь доделаю, что-нибудь перемонтирую. Что-то оставлю как есть.

1) ПРОЕКТ МОСКОВСКИЙ ИНФАНТИЛИЗМ

Collapse )

Интервью Дениса Мустафина


Перформанс "Вас оскорбляет цвет моей крови?". Москва, ЦСИ "Гараж", 19.09.2010. Фото: Денис Мустафин 
Евгения Абрамова, «Полит.ру»: Как давно Вы живете в Москве?

Денис Мустафин, организатор, художник: С 2001 года.

Е.А.: Откуда Вы приехали?

Д.М.: Из Самары.

Е.А.: Что Вы там делали?

Д.М.: Родился, работал, уехал. У меня нет никакого высшего образования, нет законченного, и более того, нет внятного. То место, в котором я учился, Самарский педагогический институт, там на факультете искусств открыли полуэкспериментальное отделение, с очень сильным креном в сторону театра. К нам приезжал московский педагог-режиссер, уже не помню, как его зовут – так давно это было, работал с нами по полтора месяца, мы репетировали. И были одновременно привычные гуманитарные предметы типа философии.

Я пошел туда, потому что у меня было несколько человек друзей чуть старше меня, которые вызывали у меня уважение. У них были бесконечно интересные истории на тему того, что они репетировали в институте, и мне казалось это пределом мечтаний. Но в принципе мне было без разницы, учиться или нет, мне не было дела до специальности, я просто пытался откосить от армии, и испробовал множество разных способов. Мне нравилось общаться, тусить, а выходить на сцену мне совсем не нравилось.

Надо признать, что у нас был педагог – большой экспериментатор. Он решил поставить фрагмент Библейского Бытия, потом «Царя Эдипа». Потом был «Гамлет» Шекспира. И я глубоко в это погрузился, и вдруг почувствовал какой-то вкус к режиссуре. Но моя работа не понравилась режиссеру, у нас возник конфликт, и я понял, что если я хочу учиться, то мне нужно менее догматичного педагога, более демократичную атмосферу. Тогда я поехал в Питер, но в Академию театрального искусства не поступил, а поступил в какой-то очередной «колхозный кулек», Институт культуры. Но я даже не стал учиться, пожил в Питере какое-то время, а потом уехал. Позже, уже в Самаре были еще попытки поступить на психологию, на заочный, но у меня уже другие дела были, семья появилась. Больше я не пытался учиться, и не хочу.

Когда вернулись в Самару, это было довольно трудное время: мы с моей бывшей теперь, тогда беременной женой вынуждены были снимать квартиру у друзей, потому что сдали свою на длительный срок, рассчитывая, что останемся жить в Питере. Нам нечего было есть, потому что я не мог найти работу и, кажется, ничего не умел. Наконец, мы стали работать председателем и бухгалтером жилищно-строительного кооператива в доме, где жили. Зарплата была ничтожная, и мы стали «осваивать» бюджет кооператива, завышая стоимость ремонта подвальных дверей или еще чего-нибудь. Таким образом, нам удалось купить себе домой компьютер.

Я стал его осваивать и понял, что интересно было бы заниматься чем-нибудь вроде дизайна. Долго ходил по самарским рекламным агентствам и предлагал себя в качестве дизайнера. В итоге устроился в газету верстальщиком. Вот с этого момента стал работать в газетах, потом в полноцветных журналах, дорос до дизайнера, который делает целиком журнал, и решил из Самары уезжать.

В Москве у меня был друг, который уже полгода здесь жил. Я приехал сначала к нему, пожил какое-то время, потом снял комнату, потом квартиру. Сначала работал в рекламных агентствах дизайнером, позже арт-директором.

Последнее время с работой не ладится, потому что разочаровался. Я долго хотел заниматься настоящей творческой работой, мне нравилось «придумывать». Но уходить в чистое искусство, не представлял, куда, у меня не было каких-то контактов. Поэтому не строил никаких иллюзий, что я могу туда прийти, и у меня что-то получится. Но креатив, как мне казалось, это то, где я мог бы реализовать свои таланты, и это оплачивалось. Тогда, в средине 2000-х, это еще дико романтизировалось: Бегбедер и прочая разная чепуха. Считалось, что это круто. Сейчас этого ничего нет.

Проработав несколько лет в одном российском рекламном агентстве, я понемногу растерял весь свой запас идеализма: начал понимать, что места «прорывному креативу» в рекламе практически нет, за всех решает клиент. Поработал в сетевых агентствах, там чуть лучше с креативом, «белая» зарплата, но, при этом, не ощущаешь себя человеком, который принимает решения. Ты всегда находишься в вертикале власти, в пирамиде корпоративных отношений, а я не хотел корпоративных отношений.

Но вскоре понял, что профнепригоден для сетевого агентства: плохое знание английского языка, отсутствие высшего образования, умения рисовать от руки. Все это ставило меня на ступеньку ниже либо по зарплате, либо по должности, мне доставались неинтересные, так казалось, проекты. Меня это не устраивало. Окончательно все стало ломаться в момент кризиса. Появилось много свободного времени, и я подумал, что можно заняться современным искусством.
Collapse )

"Народный собор" собрался подавать на меня в суд

Звонила Вика и сказала, что на кассации по Ерофееву Владимир Сергеев (представитель Народного Собора, который по судам бегает) заявил в интервью каким-то журналистам, что будет на меня подавать в суд за июньскую выставку "Инфраструктура", которую я курировал. Также Сергеев сказал, что у них уже собраны документы и заявы "оскорбленных". Сергеев хорошо нам знаком и Вика не раз его рисовала.
На этой картине он тот, которой признается в поражении:

Наибольшее раздражение вызвали работы Риты Саяпиной (maroussia1985 ), которые иллюстрировали заявление ПУИ о том, что с детьми в детдомах плохо обращаются.

Днем раньше в одном патриотическом блоге на меня наехали:
http://halfaman.livejournal.com/361676.html
Про выставку информация собрана здесь
http://halfaman.livejournal.com/337944.html
Социальная проблема к которой я хотел привлечь внимание с помощью замечательных работ Риты. Это история о насилии над детьми в тульском детдоме, где представители РПЦ показали себя не с лучшей стороны:
http://halfaman.livejournal.com/140362.html
Заявление Профсоюза Уличного Искусства, которое было вывешено на выставке как экспликация к "иконам":
http://oleo-press.livejournal.com/51256.html

Цитата из жж искусствоведа Татьяны Кондаковой, одной из посетителей выставки. Я привожу его в доказательство, что эта заявление на самом деле было:

начало цитаты

Художница Рита. Проект посвящен проблеме контроля за детскими домамми. Рита призывает создать независимый совет по надзору за деятельностью детских домов.
конец цитаты
пруфлинк:
http://kondakova-tanja.livejournal.com/109940.html

Отдельно отмечу, что Рита ни к чему не призывала, к этому призывал я. От лица Профсоюза Уличного Искусства. Более того, она не давала официального согласия на выставление ее работ, я просто в антикопирайтерском духе поставил художницу перед фактом, что взятые из интернета копии ее работ выставлены на выставке "Инфраструктура".

А Вас как зовут, извините? Юра Шевчук, музыкант.

В.В.Путин: Пожалуйста, мы можем поговорить на любую тему, связанную с нашей сегодняшней темой, а можно и нет.
Ю.Ю.Шевчук: Владимир Владимирович, можно, да?
В.В.Путин: Да.
Ю.Ю.Шевчук: Просто, мне был позавчера звонок, и меня Ваш помощник, наверное, какой-то (я не помню его имени) попросил не задавать Вам острых вопросов — политических и так далее...
В.В.Путин: А как Вас зовут, извините?
Ю.Ю.Шевчук: Юра Шевчук, музыкант.
В.В.Путин: Юра, это провокация.
Ю.Ю.Шевчук: Провокация, ну и ладно.
В.В.Путин: Мой помощник не мог Вам позвонить по этому поводу.
Ю.Ю.Шевчук: Ну не Ваш помощник, какой-то чудак, да.
Реплика: Уже не скучно!Collapse )